A+ A A-

Cочинение на тему: Поэма «Демон» венец всей творческой жизни Лермонтова

Тоску любви, ее волненье,
И мыслит он, что жизни новой
Пришла желанная пора

Образно-смысловая структура «Демона» содержит в себе различные пласты и уровни. Их переплетение и взаимодействие обусловлено прежде всего смысловым богатством образа главного героя. Одним из отличий Демона от его литературных собратьев является многосторонность этого образа. Демон мятежен, непримирим, как мильтоновский Сатана. Он знающ и мудр, как байроновский Люцифер. По мощи отрицания он превосходит гетевского Мефистофеля. Он еще более соблазнительно прекрасен и вместе с тем коварен, чем герой Виньи. Но в нем есть к тому же неведомая этим героям неудовлетворенность – ее только миром, но и самим собой. Вместе с отрицанием и навязанным ему злом в нем живет жажда идеала.
И входит он, любить готовый,

Сложен и образ героини. Прежде всего образ Тамары воплощает в себе черты национального характера, отражая во многом драматизм положения и судьбы женщины в феодальной Грузии. В то же время он выступает как воплощение земной человеческой красоты в ее хрупкости и неповторимости. Это и символ всепоглощающей любви, преступающей все запреты; отражение духовного роста личности, перехода от полудетской гармонии неведения к познанию мира в его противоречивости. Образ Тамары имеет свое конкретное нравственно-психологическое и социально-философское содержание, которое, как и в случае с Демоном, раскрывается в сюжетно-композиционной структуре поэмы.
И вновь в душе его проснулся
Хочу я с небом примириться,
Он полон решимости начать жизнь иную:
Зарделся ревностию взгляд;
Без упованья и любви!

Поражение Демона не означает конечного утверждения правоты бога и созданного им мира. Нераскаявшийся Демон остается живым укором его дисгармоничности и неустроенности, не только прежним «надменным», но еще более ожесточенным и непримиримым противником неба. Невозможность обретения подлинно высокой жизненной цели, счастья вне связи с общим миропорядком переключало сюжетно-психологическое и нравственно-философское содержание поэмы в иной «регистр», связанный с проблемами социальными, конкретно-историческими, к которым современные Лермонтову читатели были особенно чутки.
С душой открытой для добра,
Один, как прежде, во вселенной,

Поэма «Демон» 8 редакций. Первая из них начата в 1829 г., последняя завершена в начале 1839 г. В основу сюжета поэмы положен библейский миф о падшем ангеле, восставшем против бога, изгнанном за это из рая и превращенном богом в духа зла. В художественной разработке образа «духа отрицанья и сомненья» Лермонтов имел немало предшественников. Это Сатана из поэмы Мильтона «Потерянный рай», Мефистофель из гетевского «Фауста», Люцифер из мистерии Байрона «Каин», падший дух из поэмы Виньи «Элоа», демон из стихотворений Пушкина «Демон» и «Ангел» и др. Вступая в творческое соревнование с литературными корифеями, Лермонтов поразительно рано наметил свою трактовку этого мирового образа, от редакции к редакции углубляя и совершенствуя его раскрытие.

Лермонтовский Демон воплощает в себе и мощь свободного разума, и другую созидательную и разрушительную силу – страсть. Противоречивое единство этих начал, напряженная жизнь духа, неискоренимое стремление к восстановлению гармонии, связи с миром, природой, людьми – и невозможность его осуществления сообщают этому образу не только трагизм, но и необыкновенную динамичность.
Мечты безумные свои,
«коварно усмехнулся,
Постигнул Демон в первый раз
И вновь остался он, надменный,
Хочу я веровать добру
Хочу любить, хочу молиться,

Именно в этот момент между Демоном и Тамарой становится бог в лице Ангела – «хранителя грешницы прекрасной». Устами Ангела бог напоминает Демону о тяготеющем над ним проклятии: «К моей любви, к моей святыне Не пролагай преступный след». Это один из существенных моментов сюжета, отчасти объясняющий вспыхнувшее в Демоне желание любой ценой удержать Тамару, не уступив ее богу. Поэт создает сложнейшую психологическую ситуацию, имеющую многообразный смысловой подтекст: в душе героя сосуществуют сразу несколько взаимоисключающих чувств и волевых импульсов. В ответ на смиренно-надменную речь Ангела злой дух

«Смертельный яд» поцелуя Демона настоян на ненависти и злобе, отравляющих даже такое животворное чувство, как любовь. Проклявший его за непокорность бог вложил ему в грудь эти чувства, превратив его в «зло природы»; он с новой силой возродил их в душе Демона в момент, когда тот уже готов был любить и «веровать добру». Таким образом, ответственность за гибель Тамары несет не только Демон, но и бог, сотворивший мир, в котором добро и зло так тесно переплетены. В любви Демону почудился выход из гнетущего одиночества и бесцельности существования, обретаемый ценою «невмешательства» в судьбы мира. Но возможно ли такое «отгороженное» от всего счастье? Венчают развязку поэмы стихи, не оставляющие сомнения в поражении Демона: И проклял Демон побежденный

- было одновременно и неподдельным движением смертельно уставшей души Демона и средством покорения Тамары. Демон действительно готов в эти мгновения близости к томившему его идеалу оставить мир «в неведенье спокойном». Но едва вступив в царство любви и гармонии, Демон разрушает его, умертвив Тамару первым же поцелуем.

Сюжетно-фабульный конфликт поэмы складывается из отношений Демона и Тамары. Однако в его развитие властно вмешивается третья сила в лице бога. Как персонаж бог не появляется в поэме ни разу. Но его присутствие сказывается в раздумьях героев, в действиях выполняющего его волю Ангела, наконец, в законах созданного им мира, определяющих в немалой мере судьбы главных персонажей. Развивающийся на втором плане повествования «мета-конфликт» между Демоном, Тамарой, с одной стороны, богом и созданным им миропорядком – с другой, наполняет содержание поэмы глубоким философским «сверхсмыслом». Встреча с Тамарой для Демона не залог «возвращенного рая», а новая ступень в его исканиях «с начала мира». С этого момента мотив возрождения к «жизни новой» превращается в сюжетный лейтмотив, хотя какое-то время Демон и остается прежним духом зла. В борьбе со своим соперником, властителем Синодала, он прежний «лукавый Демон», искушающий жениха Тамары «коварною мечтой». И после его гибели в Демоне идет упорная борьба между зарождающимся чувством любви и укоренившейся привычкой к злу. Но такова гуманистическая сила любви, неразрывно связанной не только с красотой, но и с добром, что Демон готов отказаться если не от зла вообще, то от «умысла жестокого» – обольщения хранимой богом Тамары. Постепенно чувство, которому он пытался поначалу сопротивляться, не веря в его возможность, достигает апогея:

В последующих словах монолога Демона – кипение и противоборство любви к Тамаре и «яда» жгучей, «старинной ненависти» к богу; непреклонность и смятение; злоба и коварство; предчувствие катастрофы и отчаянно-дерзкое устремление к ней. Тамара оказалась в эпицентре столкновения и взрыва этих «умыслов» и страстей. Увлекая и покоряя Тамару мощью и глубиной своих чувств, своих страданий, жаждой возрождения, Демон на какие-то мгновения оказывается и сам захваченным порывом к «жизни новой». И когда Тамара обращается к злому духу с просьбой дать клятву – отречься от «злых стяжений», отказаться от борьбы с богом, Демон дает ее. Знаменитое:

Смысл этого смертельного поцелуя исключительно многозначен. Наиболее «первичным» здесь является его «прямой» сюжетно-психологический слой. Безмерная, испепеляющая страсть Демона оказалась гибельной для простой смертной. Но эта сцена имеет и другие смысловые грани.


Николай Степанович Гумилев гулял по Петербургу и, словно волшебник, творил и творил чудеса. В своем «Заблудившемся трамвае» он напоминает мне Окуджаву с его «Последним троллейбусом». Он расширил границы видимого мира в бесконечность, наполнил ее чем-то таинственным и загадочным. И мы едем вместе с поэтом «через Неву, через Нил и Сену», и трамвай наш превратился в парусник, и с брабантских розовых манжет сыплется легкое золото кружев, и крокодилы могучими ударами хвостов поднимают в небо миллионы капель желтой нильской воды. Благодаря Гумилеву в отечественной поэзии возник первозданный могучий
В 90-е годы XIX столетия в русской литературе появился целый ряд новых писателей, в творчестве которых ярко прослеживалось тяготение к реализму. Сознавая все недостатки и пороки общества, эти писатели объективно освещали их в своих произведениях, разоблачали сами основы общественных отношений. Высказывая решительный протест общественному злу и насилию, писатели и поэты стремились к поиску высоких идеалов, старались художественно исследовать и переосмысливать эпоху. Одним из ярких представителей этого направления является Александр Иванович Куприн. Он вошел в историю русской литературы как певе
Иешуа Га-Ноцри, — «нищий из Эн-Сарида», бродячий философ, человек лет двадцати семи, сын неизвестных родителей. Образ героя полемически соотнесен с образом евангельского Иисуса: в системе булгаковского романа И. и Иисус соотносятся как бесспорная истина и ее искаженный образ; в этом смысле вопрос о реальном существовании Иисуса, звучащий в начале романа, предполагает неоднозначный ответ. И. предстает как персонаж рассказа Воланда, сна Ивана Бездомного и романа Мастера. Арестованному И. инкриминируется призыв к разрушению Иерусалимского храма: это следствие буквального истолкования его слов о т
С каждым днем становится холоднее. Солнце светит, но не греет. За день земля не успевает нагреваться. Дни становятся короче, а ночи длиннее. Рано темнеет. Листья на деревьях желтеют и опадают. Вся земля усыпана опавшими листьями. Редеют верхушки деревьев. Не слышно пения птиц. Высохла трава. Увяли цветы. Небо часто покрывается темными тучами. Идут холодные косые дожди. Дует резкий, пронизывающий ветер. Собран урожай в садах и огородах. На полях пусто. Только кое-где зеленеют всходы озимых. Все напоминает о том, что пришла осень.{loadposition textmod} Похожие сочинения:{module Осень:}
Люди! Покуда сердца стучатся,-     Помните!     Какой ценой завоёвано счастье,-     Пожалуйста, помните!     Р. Рождественский     Война... Какое страшное слово...Сколько бед и лишений она принесла. Сколько слёз было пролито в домах, куда приходили похоронки- треугольники с незнакомым почерком. Русскому народу есть, за что ненавидеть войну. Есть!     65 лет прошло с тех пор, когда топтали русскую землю немецкие сапоги. Мы не слышим гула фашистских самолётов, люди не бегут в бомбоубежища. Но страшные дни 1941-1945 годов навсегда останутся в памяти людей, переживших то время.     Мой дедушка, Ул
Сейчас смотрят:{module Лермонтов:}