A+ A A-
Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль:
Доклады по русской литературе

ТЕМА: Тема личности и истории в романе Б. Пастернака «Доктор Живаго»

Тема личности и истории в романе Б. Пастернака «Доктор Живаго» 1 год 10 мес. ago #415

  • vika
Один из главных акцентов сделан автором в решении проблемы соотношения личности и истории, характера и обстоятельств. При общности распространенной темы – интеллигенция и революция, а также ее воплощения – показ судьбы человека, изменяющейся под влиянием революционных событий, водоворота истории, поставившего отдельную личность перед проблемой выбора, «Доктор Живаго» отличается резким несходством акцентов. Пастернак идет вразрез с традиционным интересом литературы к формированию характера нового человека в условиях революции и под ее влиянием.

Россия для Живаго – это природа, окружающий мир, история России. Юрий стал свидетелем таких исторических событий, как: Русско-японская война, волнения 1905 года, Первая мировая война, революция 1917 года, Гражданская война, красный террор, первые пятилетки, Великая Отечественная война. Почти все герои романа Пастернака тоже по-своему задействованы в бурной жизни века и принимают его жизнь за свою. Каждый решает свою судьбу, соотнося с требованием времени: войны, революции, голода и так далее. Юрий Живаго живет в своем пространстве, в своем измерении, где главными являются не житейские ценности, а законы культуры. Роман Б.Л. Пастернака «Доктор Живаго» зиждется на фундаментальных архетипах, воссозданных автором в образах романа, что поднимает его на уровень общекультурного наследия человечества и ставит в ряд вершинных достижений русской и мировой литературы. [Авасапянц, 2013, с. 20].

Автор рассказывает о судьбе Юрия Живаго в ее историческом контексте. Противопоставление Рима, с его делением на вождей и народы, с его ложными богами, евангельскому признанию божественного смысла отдельной человеческой личности переводится в авторский план, где отдельная личность, Юрий Живаго, противопоставлен новому обществу вождей и рабов. Ибо революция не стала процессом освобождения народов, вопреки мечте Веденяпина. Вместо утопического братства свободных личностей из хаоса войны медленно встает новый Рим, новое варварское деление на властителей и толпу. Новым идолам противостоит доктор Живаго. [Кадиялиева, Кадиялиева, URL: #"#" title="Автобиография">автобиографический, ведь «Доктор Живаго» – это роман о становлении поэта. Однако образное изложение этого пути не исчерпывается опытом одного только Пастернака. Об особенной роли поэта-символиста говорит факт из творческой истории романа – первоначально Пастернак задумывал назвать свое произведение «Мальчики и девочки», что является отсылкой к стихотворению Блока «Вербочки». [Лесная, 1996, с. 105].

Академик Д.С. Лихачев считал, что роман «Доктор Живаго» – автобиографический роман. Пастернак пишет не о себе, придумывая себе судьбу, но в то же время именно о себе, с целью раскрыть перед читателем свою внутреннюю жизнь. Лирический голос главного героя, его философия неотделимы от голоса и убеждений самого Пастернака. Исследователь классифицировал этот роман как «род автобиографии», «биографии времени». Он писал о романе «Доктор Живаго», как об «автобиографии, в которой удивительным образом нет внешних фактов, совпадающих с реальной жизнью автора. И, тем не менее, автор (Пастернак) как бы пишет за другого о самом себе. Это духовная автобиография Пастернака, написанная им с предельной откровенностью». [Лихачёв, 1988, с. 4] Об автографическом характере произведения писали и другие литературоведы. [Бондарчук, 1999, с. 6].

«Другой» человек понадобился Пастернаку для выражения самого себя. В романе нет страниц, где автор открыто излагает свои мысли, к чему-то призывает. Это творческий метод Пастернака. Продолжая традиции Чехова, он не стремится уверить читателя в безупречности своих убеждений. Он только показывает мир, но не объясняет его. Объяснить мир должен сам читатель, тем самым становясь как бы соавтором романа. В целом, Пастернак принимает жизнь и историю такими, какие они есть.

По мнению ряда исследователей творчества Пастернака, роман «Доктор Живаго» следует рассматривать как «прозу лирического самовыражения». Наконец, существует мнение, что роман Пастернака — «притча, полная метафор и преувеличений. Она недостоверна, как недостоверна жизнь на мистическом историческом переломе». [Быков, 2006].

В жанровом смысле роман был прочитан по-разному, в зависимости от читательской установки и его «жанрового ожидания». Альтернативой соцреализму оказался новый реализм. Новая проблематика выдвинула во главу реалистической жанровой системы роман, жанровое содержание которого наиболее адекватно исследованию отношений личности и истории. В «Докторе Живаго» был обнаружен роман, продолживший традиции реалистической психологической прозы XIX в., где, по мнению Н.Ивановой, главный персонаж «замыкает собой ряд героев Лермонтова, Тургенева, Толстого и Достоевского». [Иванова, 1988].

Сам Пастернак назвал свой метод субъективно-биографическим реализмом. Метод реализма для Пастернака был особой степенью авторской точности в воспроизведении духовного мира. «В замысле у меня было дать прозу, в моем понимании реалистическую…». [Пастернак, 1997, с. 621].

Роман представил обобщенный портрет русской культуры XIX - начала XX в. И.В. Кондаков, изучавший роман «Доктор Живаго» в контексте русской литературы, подчеркнул, что Пастернак не присоединился «ни к одной яркой традиции классической русской прозы, ни к одному великому романному стилю русской литературы». [Кондаков, 1990, т. 49]. Действительно, роман, хронологически охватывающий почти полвека: с 1903 по 1929, а с эпилогом – до начала 50-х гг. – густо «населен» множеством крупных и эпизодических характеров. Все персонажи так или иначе группируются вокруг главного героя, описываются и оцениваются его глазами, «подчинены» его сознанию.

По мнению О.А. Гримовой, роман «Доктор Живаго» следует рассматривать как жанровую полиформу, элементы которой генетически связна с самыми значимыми этапами развития словесности (миф – фольклор – литература). [Гримова, 2013, с. 7]. В романе взаимодействуют разнообразные жанровые векторы. Наглядное представление о романе Пастернака как жанровой полиформе содержится в Приложении № 3.

«Доктор Живаго» совмещает в себе черты филологического метаромана и повествования, организованного установкой на устность. А.Д. Степанов считает, что доминированием установки на устность, активизацией первичных речевых жанров отмечены кризисные, переходные периоды в истории словесности. [Степанов, 2005, с. 63]. Именно такой – переходный, итожащий характер – у творчества Пастернака, и именно такова его эпоха.

Одной из черт жанровой динамики, определяющей облик «Доктора Живаго», является совмещение противонаправленных процессов – утрирование жанровости и ее размывание. Отмечается стремление автора к эффекту спонтанности, неумышленности, непроизвольности текстопорождения. М. Шапир связывает этот эффект с «эстетикой небрежности», во многом определяющей пастернаковский идиостиль. [Шапир, 2004]. Перекликаясь с внушительным рядом жанровых парадигм, «Доктор Живаго» не укладывается ни в одну, и это, вероятно, говорит о формировании в его рамках нового типа художественной целостности, которая определяется сейчас как «тотальный роман». [Гримова, 2013, с. 41].

В середине 90-х гг. И.П. Смирнов выдвинул гипотезу о том, что «Доктор Живаго» – текст, находящийся, подобно «Братьям Карамазовым» Достоевского, «за пределами литературного жанра». Ведя речь о том, что эти тексты - «не литература», ученый не причисляет их к «какому-то иному, чем литература дискурсу исторического времени». [Смирнов, 1996, с. 154]. Сложно не ощутить «постклассичность» этого текста, которую П.П. Смирнов определяет как принадлежность «вторичному стилю», то есть одному из тех, что «отождествляют фактическую реальность с семантическим универсумом». [Смирнов, 2000, c. 22].

В пространстве же других научных интерпретаций роман превращается в факт жизнетворчества (концепция «романа-поступка» М. Окутюрье) или даже религиозного творчества: концепции Ф. Кермоуда, М.Ф. Роуланд и П. Роуланда, А. Синявского («трактат», «богословие»), В. Гусева («то ли житие, то ли жизнеописание»), Г. Померанца. Выдвигаются версии об интермедиальной природе романа, о присутствии в нем музыкального кода (идея Б. Гаспарова о музыкальном контрапункте как основе композиции текста; прочтение Г. Гачевым ДЖ как «романа-оперы»), живописного и кинематографического кодов (И. Смирнов). [Гримова, 2013, с. 11].

Согласно С.Г. Бурову, жанровые доминанты романа имеют не статичную природу, им свойственно движение. [Буров, 2011, с. 54]. «Доктор Живаго» дает исследователю солидные основания видеть в нем «эпилог … русского классического романа как единого текста уже завершенной эпохи расцвета национальной культуры», фактор, выявляющий в многообразии это единство. [Тамарченко, 1991, с. 32].

Таким образом, хотя роман строится на основе принципа сцепления эпизодов, а судьбы героев и события их жизни подчинены ходу истории, это произведение нельзя назвать ни историческим романом, ни эпопеей. В нём слишком много условностей, символических встреч, монологов, деталей и образов.

«Доктор Живаго» имеет итоговый характер: суммирует индивидуально-авторский опыт, опыт эпохи. Он не только подводит итог классического романа ХVIII – ХIХ вв., но и прокладывает пути роману современному. Наиболее емко подытоживающим уникальное сочетание таких черт поэтики, как универсальность, парадоксальность, разноуровневая динамичность, является определение сущностной природы «Доктора Живаго» как «романа тайн» (концепции И. Кондакова, И. Смирнова).
Администратор запретил публиковать записи гостям.